Блог: Дело подготовлено к развалу. Убийцы мальчика нет, как и заказчика Гандзюк
05.06.2019
Тінь Врадіївки: керівництво не збирається у відставку, рядові показують середній палець активістам
06.06.2019

Правозащитник Целовальниченко: «Зеленский одним росчерком пера может вернуть права сотням тысяч пенсионерам — внутренне перемещенным лицам»

Новоизбранный президент Владимир Зеленский во время предвыборной кампании говорил, что изменит политику государства в отношении жителей Донбасса. «Нужно вернуть пенсии», — заявлял он. На днях правозащитник Наталия Целовальниченко решила напомнить о предвыборных обещаниях и записала видеообращение под названием «Слуга народа или царь?».

Руководитель Луганской правозащитной группы, юрист, член общественного совета при Министерстве временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц (ВПЛ) обратилась к президенту Зеленскому с требованием отменить постановления правительства, дискриминирующие переселенцев. Прежде всего, отменить одно из постановлений правительства Владимира Гройсмана №335 от 25.04.2018г., из-за которого переселенцам отказывают в выплате задолженностей по пенсиям и социальным выплатам.

О том, в чем сегодня действительно нуждаются вынужденные переселенцы, что делает для решения этих проблем государство Украина, и какую роль в этом играет Европейский суд по правам человека Наталия Целовальниченко рассказала в эксклюзивном интервью «Активным Громадянам».

— Наталия, начнем с последнего информационного повода – с Вашего обращения к Зеленскому! Почему Вы так сразу с ним радикально: слуга народа или царь?

— Отнюдь. Просто хочется судить о новом президенте по реальным делам, а не по словам. Еще в 2014 году я и другие правозащитники потребовали от Порошенко исполнить свои конституционное полномочия и ввести правовой режим военного положения на оккупированной территории и в Луганской, Донецкой областях. Зачем это было нужно?

Чтобы государство обеспечило эвакуацию мирного населения, решило вопрос жилья для пострадавших, урегулировало правовое положение воюющих за Украину добровольцев.

Мы обратились по этому вопросу с иском в Высший административный суд Украины. Самый справедливый в мире украинский суд сказал нам, что Президент сам по своему желанию решает пользоваться ему своими полномочиями согласно Конституции или нет. Получается, суд не может заставить царя.

Царь Порошенко ушел, вопрос: кто пришел к нему на смену? Владимир Зеленский дал нам надежду на изменения, на то, что права людей станут приоритетом в Украине. Именно поэтому я решила к нему обратиться.

— Что конкретно может сделать сейчас Зеленский для пострадавших от войны на Донбассе?

— Согласно ст. 106 п. 15 Конституции Украины он вправе приостановить действие решений правительства как раз из-за несоответствия Основному закону с одновременным обращением в Конституционный Суд. То есть, у него есть все основания применить свои полномочия в защиту интересов украинского народа!

Он полномочен одним росчерком пера в буквальном смысле вернуть права сотням тысяч пенсионерам — внутренне перемещенным лицам.

Правительство Гройсмана, чтобы незаконно пользоваться собственностью этих людей, своим постановлением №335 от 25.04.2018 г. создало препятствия для выплаты долгов по пенсиям и соцпомощи. В результате сотни тысяч пенсионеров, пострадавших от войны, лишены законных средств к существованию.

Это прямое нарушение Конституции, дискриминация, нарушение права собственности, посягательство на жизнь и здоровье этих людей. Это происходит здесь и сейчас в Украине, которую ООН уже внесла в список голодающих стран мира!

И это только один вопиющий пример в целом списке злоупотреблений нынешнего правительства.

— Вы можете привести конкретные примеры нарушения прав переселенцев, с которыми Вы, как правозащитник, сталкиваетесь на практике?

— Да сколько угодно! Одним из таких кейсов является ситуация с общежитием, которое находится в Киеве по адресу ул. Кустанайская, 6 (сейчас восстановлено историческое название ул. Костанайская). О ней очень много написано в СМИ. Я являюсь адвокатом, который ведет ряд дел в защиту прав переселенцем в Голосеевском районном суде Киева.

Началось все с того, что в 2014-м году в это общежитие по приглашению Минсоцполитики и по направлению КГГА стали заселяться переселенцы. Причем, руководство общежития и балансодержатель, который сейчас судится против семей переселенцев, — Институт права Минюста Украины — об этом знало. Во всех анкетах, которые заполняли люди, было указано, что они – внутренне перемещенные лица. В настоящее время на сайте Министерства по вопросам временно оккупированных территорий и ВПЛ общежитие по этому адресу указано как место компактного поселения ВПЛ.

В общежитие заселилось порядка 30 семей внутренне перемещенных лиц в 2014-м и позже, после того, как Порошенко не завершил АТО за считанные часы.

И между учреждением Минюстом в лице отдельных руководящих лиц и переселенцами начался конфликт. Причина: это общежитие до заселения переселенцев использовалось в качестве гостиницы. И к переселенцам тоже стали относиться, как к туристам – начислять тарифы за коммунальные услуги как для юридических лиц, требовать оплаты задолженности общежития за годы до заселения ВПЛ и даже взимать туристический сбор!

А когда люди сказали, что приехали сюда не на курорт и не Киев посмотреть, а просто спасали жизни свои и своих детей, начались попытки выселить их незаконными методами. С угрозами, с применением психологического насилия, с отключением от электроснабжения в лютый мороз!

Мы, как правозащитники, обратились в суды, в частности, в Голосеевский райсуд Киева, который обязал Институт права, Киевэнерго подключить электроснабжение. Присылали «титушек», которые ломали двери и вытаскивали людей из комнат. Мы обратились к киевской власти за содействием.

В настоящее время дела находятся в суде. Мы добились того, что киевская власть признала это общежитие местом компактного проживания переселенцев, и Киевсовет принял решение, создать по данному адресу ОСН именно для переселенцев. Что вызвало бурю негодования со стороны Института права и Минюста.

До настоящего времени мы боремся за права этих людей. Мы смогли добиться, чтобы этих людей не выбросили на улицу, хотя часть этих людей была вынуждена выехать из общежития, не выдержав давления и психологического насилия. Благодаря вмешательству международных наблюдателей, Уполномоченного ВР по правам человека удалось добиться того, чтобы с большинством людей были заключены соответствующие договора.  Эта ситуация была зафиксирована ОБСЕ, вошла в международный отчет Мониторинговой миссии ООН в Украине, и везде упоминалось наше «любимое» Министерство юстиции.

Таким образом, у нас возник серьезный конфликт с этой институцией.

— У нас очень много всевозможных организаций, которые существуют на западные гранты и декларируют защиту прав переселенцев. Но, по сути, эти организации занимаются выставками, флешмобами, семинарами и прочим, что никак жизнь ВПО не облегчает. Кто-то на самом деле вообще интересовался, что нужно вынужденным переселенцам?

— Есть основания предполагать, что система «отмыва» денег на проблеме переселенцев и вообще войны выгодна международным донорам. Запрос они формируют исходя из своих интересов, а не из реальных потребностей людей. Спросите любого переселенца, что он получил за счет донорской международной помощи? С кем-то провели психологический тренинг, как преодолеть посттравматический синдром, но сама причина стресса никуда не делась. Есть программы трудоустройства, какие–то программы «давайте подружимся с местной громадой» и прочее. Но туда подтягиваются свои же эксперты-международники – то есть большая часть помощи уходит назад той стране, которая ее дает, оплачивается работа их экспертов. И при этом ставятся плюсики.

Если оценивать реальные потребности переселенцев, то такие опросы проводились. Людям необходимо жилье, социализация, восстановление имущественного и социального статуса. Люди хотят конкретный мирный план по Донбассу, хотят знать, будут ли учитываться их интересы, что будет дальше и какие у них перспективы.

Чтобы подобные организации решали эти проблемы, я не вижу. Они не берутся за сложные и «токсичные» дела, где будет серьезное противостояние с властью, что повлечет негативные последствия для них. Просто проконсультировать, поводить хороводы, провести круглый стол с зевающими чиновниками, это — пожалуйста.

— Кстати, о «токсичности». Вы не так давно оказались, можно, сказать, в центре скандала мирового масштаба. Европейский суд по правам человека выпустил пресс-релиз, в котором запретил вам подавать туда иски против России и Украины в защиту пострадавших от вооруженного конфликта! Сразу же в украинской прессе появилась целая серия «разоблачающих материалов», в которых вас окрестили, чуть ли не «ведьмой из Донбасса». Даже внесли в базу сайта Миротворец, где публикуется информация о врагах Украины и сепаратистах. Расскажите, что это за история?

— С 2014 года мы пытаемся сделать то, что не делает Минюст Украины. Мы первые подняли вопрос статуса людей, которые пострадали во время вооруженного конфликта. Мы инициировали обращение в Генпрокуратуру, на рассмотрении сейчас в Генпрокуратуре есть уголовное производство по факту агрессии РФ. В рамках этого уголовного производства у нас тысячи людей получили статус потерпевших.

Для чего это делается?

Во-первых, государство Украина собирает доказательную базу для защиты на международном уровне и прав Украины, и прав пострадавших. Материалы этого дела были переданы Украиной в ЕСПЧ по межгосударственному спору Украины против России, в Международный криминальный суд и в другие институции.

Во-вторых, чтобы люди могли получить возмещение ущерба, полученного вследствие войны, получили необходимый статус, для этого государство должно принять специальный закон.

Параллельно мы инициировали кампанию с обращением в ЕСПЧ, и ответчиками у нас стояли две стороны – Россия и Украина. Мы подавали в ЕСПЧ простые заявления, предполагалось, что люди его заполняют сами в соответствии с инструкцией. Когда мы готовили эти заявления, и объясняли людям, что и как нужно сделать, это была не коммерческая кампания, а, в первую очередь, правозащитная. Зачастую, я была вынуждена из своего кармана оплачивать людям стоимость отправки в ЕСПЧ почтовой корреспонденции.

Мы ссылались на то, что если человек проживает в зоне вооруженного конфликта, он лишен возможности в полном объеме без помощи государства Украины и России, без применения полномочий ЕСПЧ в полной мере доказать, что с ним произошло. Предоставлялась копия паспорта, где указано его место проживания, справка переселенца, подтверждающая, что человек вынужден был выехать.

А теперь подумайте сами, какие документы может предоставить человек, который выехал с оккупированной территории? Что он предоставит – акты ЛДНР-й «власти»? Или туда приедут украинские военные это зафиксируют?

— А этот пресс-релиз ЕСПЧ, где Вам запретили подавать иски, как вообще его можно расценивать?

Мне неизвестна суть решения и чем оно обосновано. Как нам пояснили, это решение не может выдаваться на руки и является «внутренним», и не оформлено, поэтому в базе решений ЕСПЧ оно отсутствует. Предоставлять его мне, как пострадавшей от такого решения, ЕСПЧ не собирается.

Да, в сознании людей Европейский суд является такой себе «священной коровой», светочем правосудия в Европе, на который равняется наша судебная практика. Но если не мыслить шаблонами, а разбираться по сути, то получается, что на меня как на правозащитника и адвоката, который занимается решением системных вопросов, которые должен решать Минюст, ни с того ни с сего навешивают очень «интересные» обвинения. Без открытой процедуры и вопреки принципу презумпции невиновности! Причем, на уровне Европейского суда это уже выглядит не как обвинение, а как фактически приговор!

Меня как «ведьму из Донбасса» решили спалить? Уничтожить репутацию и все мои возможности как общественного деятеля? Полностью меня дискредитировать, чтобы эта тема не звучала?

— Наталия, расскажите о Вашей организации?

— Прежде всего, мы не являемся «грантожорами», то есть мы не ждем, когда какой-то дядя с Европы протянет нам руку помощи.

Мы так не считаем. Мы считаем, что дело спасения утопающих — дело рук самих утопающих. И повестку дня должны формировать сами люди, которые пострадали, и мы должны работать на их запрос, а не на запрос какого-то дяди сверху.

Мы предлагаем, чтобы государство создало механизм возмещения ущерба не за счет своих же внутренних ресурсов, налогов, национальных богатств, а за счет монетизации санкций в отношении государства-агрессора и лиц, которые ему содействуют. Рабочее название – закон о статусе потерпевшего от вооруженного конфликта и возмещение ущерба.

Я очень надеюсь, что одна из новых политсил, которая планирует зайти в парламент, подаст соответствующий законопроект. Мы также будем рады сотрудничеству со всеми депутатами.

— На какую реакцию президента вы рассчитываете?

— Я обратилась к президенту с просьбой создать комиссию по ревизии антинародных решений правительства, явно нарушающих Конституцию. Я готова как юрист, адвокат и правозащитник сделать это.

Если новый президент действительно слуга народа, а не царь и ГОТОВ выполнить Конституция, я сделаю, как правозащитник и юрист, все необходимое, чтобы механизм его полномочий по данному вопросу заработал для народа: оформлю для Президента необходимые документы для приостановки действия незаконных решений правительства Гройсмана и для обращения в Конституционный суд Украины.

Наши партнерские организации и лидеры ВПЛ, общественный совет при Министерстве по вопросам временно оккупированных территорий и ВПЛ также готовы поддержать президента. Потому я прошу его о встрече именно по этому ДЕЛУ, для принятия конкретных решений и мер.

Яна Осадчая

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *